Вадим Елин - художник из Курагино, Красноярска, Москвы

Он рисовал Высоцкого


 Встречи с Вадимом

 

Вадим Елин. Вадим Васильевич Елин – художник, поэт, романтик, немного философ. Широкой, как говорится, души человек. Сибиряк, очень дороживший и любивший Сибирь, свои родные места, многие из них старался запечатлеть в своих работах. Заряжавший окружающих своим жизнелюбием, юмором, своим, не всегда понятным другим, взглядом на мир и людей.
Родился в конце 1939 года в г. Ростове-на-Дону. Отец – Василий - военный, по долгу службы переезжавший с места на место и познакомившийся в Сибири с красивой молодой женщиной, которая бросив все, помчалась за своим любимым и родила в Ростове от него сына. Семья не создалась, Василия служба погнала дальше, Мария  Матвеевна с маленьким Вадимом вернулась в родные края, в надежде в те тяжелые времена как-то выжить, рассчитывая на помощь родных. Устроилась в доме родного брата Павла, у которого и своих детей было двое – старший Федор – 15-ти лет и Лида – 7-ми лет, в г. Артемовске, Красноярского края, окруженного красивейшими склонами Саян, поросшими тайгой. и струящимися чистыми горными реками.
Жена брата Павла скоропостижно скончалась весной 41-го, в июне началась война, и его самого призвали на защиту родины в сибирские полки в июле. Маленькую Лиду забрали в деревню  родственники, где хоть как-то можно было выжить, работая на земле и имея какую-то животину. Павел погиб в 42-м где-то под Воронежом, как и многие вставшие безликими рядами и колоннами на защиту родной земли, жен и детей.  Федора в 43-м, по исполнению 18-ти лет, призвали, отправив в учебку  на танкиста, и осталась Мария Матвеевна с маленьким сыном Вадимом одна в опустевшем братовом  доме.
В этом, забытом ныне, и когда-то процветавшем городке, получил Вадим среднее образование и имея недюжинную силу  и рост пошел зарабатывать на пропитание им с матерью шахтером на рудник.
Когда проявилось его призвание к рисованию точно неизвестно, но чаще и чаще он стал брать в руки карандаш и бумагу, откладывая в сторону кирку с кувалдой. Получалось все лучше и лучше, рисунки нравились знакомым и родным, и Вадим поступил в заочный народный университет на специальность живопись. На службу в армию его не взяли, несмотря на рост и силу, из-за врожденного порока сердца. Марии Матвеевне встретился вернувшийся с войны, а потом и из лагерей, профессиональный лесоруб-таежник Данил Иванович, с которым они   решили   переехать в райцентр Курагино, купив дом- пятистенок по ул. Партизанской. Вадим с успехом закончил Народный Университет , и получив необходимые документы, позволяющие ему зарабатывать на жизнь рисованием, устроился в Художественный фонд грасноярска, где в то время работали довольно опытные мастера – Тойво Ряннель,... ... ... ... ..., которые с удовольствием делились навыками мастерства с веселым начинающим художником. Семейная жизнь  не обошла Вадима стороной, встретил он  молодую девушку Раю, которая родила ему сыночка, назвали сына Русланом. Семья не сложилась, но усилиями любвеобильной бабушки Марии Матвеевны, маленький Руслан остался в Курагино, а Рая уехала в свои родные края на Ставрополье. Вадим тем временем больше и больше втягивался в работу Художественного фонда Красноярского края, его все чаще стали посылать на великие стройки, ГЭСы и т.п. для оформления наглядной агитации, которой в те времена  строительства коммунизма, уделялось большое внимание и выделялись немалые деньги. На жизнь хватало, Руслан подрастал под чутким и нежным приглядом бабушки Марии и деда Данила, который стал уже родным. Вадим обеспечивал им безбедную жизнь, не забывал, однако, и о творчестве, много рисовал, отрабатывал технику, начал пробовать масло.
Заказов Вадим брал больше и больше и на их выполнение начал привлекать родственников, друзей и просто знакомых, имеющих хоть малейшее представление о красках и кистях. Сам же все больше времени отдавал творчеству. Так в селе Таскино, Каратузского р-на, параллельно с оформлением зданий колхоза и дворца культуры, выполненном в основном его друзьями, он создал художественную галерею, куда вошли не только его работы, в основном графические портреты жителей села, но и работы других местных художников. Мастерство росло и его техника и манера исполнения графического портрета с четкими линиями  тонкой прорисовкой черт лица, рук, становилась узнаваема. Заработанных денег Вадим не копил, в Курагино подрастал сын Руслан, куда и отвозил он основную часть заработка. Стал периодически навещать Москву, заводя новые знакомства среди художников, артистов, поэтов, которые всегда были рады его приездам, веселым застольям и интересным рассказам.
Останавливался он часто в Москве у двоюродной сестры Лиды, той самой девочки, которую осиротевшую из Артемовска забрали родственники в деревню в далеком 42 году. У нее подрастал сын Серёга, как звал его Вадим, который тоже получил от рождения дар рисования, и Вадим во время своих приездов помогал Серёге входить в этот прекрасный мир искусства живописи, одаривая его красками, карандашами и альбомами и приглашая с собой на выставки и в музеи.
Серёга художником не стал, а пошел по стопам отца-инженера, окончил технический ВУЗ, отслужил армию и стал, как отец работать инженером. Но Вадим стал приглашать его в помощники на оформительские работы по своим заказам, как и многих своих новых московских знакомых, открывая им незабываемые красоты сибирской земли, да и давая им возможность немного заработать, участвуя в  выполнении работ по наглядной агитации в совхозах и колхозах. И когда появлялся этот огромный человек с таким же огромным, как он, рюкзаком и огромной брезентовой папкой, с эскизами и этюдами, наполняя все вокруг своей жизнерадостностью, веселыми шутками и какой-то живой энергией, прогоняющей тоску и уныние, люди оживали, улыбались в ответ, начинали чего-то ждать, как будто с появлением Вадима должно было случиться что-то хорошее, произойти какие-то перемены.
Когда снимался в Сибири фильм «Хозяин тайги», тогда и познакомился Вадим с Владимиром Высоцким, Валерием Золотухиным и многими другими участниками съемочной группы. Тогда, во время встреч, Вадим успел сделать много набросков, которые потом превратились в несколько портретов знаменитого артиста, поэта и барда Владимира Высоцкого и других актеров. А удачные профили Владимира Высоцкого, когда Вадим  запечатлел его во время работы над песнями об Одессе и «Дамы, господа», принесли Вадиму известность и за пределами СССР, будучи напечатанными в одном из зарубежных журналов.
Часто выезжая со своими гостями на лодке по многоводной реке Тубе, правому притоку Енисея, по берегам которой и растянулся поселок Курагино, располагались лагерем на каком-нибудь острове, Вадим брал гитару и над бескрайними таёжными просторами далеко разносились песни опального в те годы Владимира Высоцкого, Юрия Визбора и других известных тогда поэтов и бардов.
А Серёгу первый раз привлек он к работе, когда тому было 15 лет, он как раз был тогда в Курагино на свадьбе дальней сестры Валентины. Взял он его с собой в Канск и поселил его в каком-то сарайчике на автобазе, которую со своим помощником, художником из Курагино, Георгием Юриным, украшал плакатами и призывами на коммунистические и патриотические темы, сам же, договорившись о какой-то работе с двумя местными художниками, уехал из Канска дней на пять. Один из этих художников, уехав с Вадимом, оставил на эти дни свою работу в кинотеатре, поручив ее Серёге, который раскрашивал анонсы о новых фильмах, посещая бесплатно сеансы по несколько раз. Вернувшись, Вадим поселился  в гостинице «Канск», а Георгий с Серёгой остались на автобазе, заканчивая работу.

 На рубеже 70-х - 80-х годов приглашал Вадим Серегу несколько раз. В один из них они, вместе с тем же спутником Вадима Георгием Юриным, оформляли клуб в поселке Кордово, недалеко от Курагино, что позволяло Вадиму часто навещать маму Марию Матвеевну с Данилом Ивановичем и сына Руслана, который к тому времени уже заканчивал среднюю школу.

  У Георгия Юрина был неплохой тенор, он в молодости мечтал стать оперным певцом, знал наизусть почти все знаменитые оперные арии, изучал творчество великих певцов: Карузо, Таманио, Козловского, Лемешева, Марио Ланса и др. и, работая над картинами или агитплакатами, постоянно напевал что-нибудь из шедевров. Вадим часто отлучался, и Георгий с Серегой коротали вечера в беседах о музыке, оперном пении, жизни знаменитых талантливых людей - композиторов, певцов, художников.
  У Георгия неплохо получались копии с картин знаменитых мастеров, и нередко директора и председатели заказывали ему копию какого-нибудь известного произведения, желая украсить им свой кабинет, актовый зал в правлении или в холл во Дворце культуры.

 А в селе Еловка, Большемуртинского района, работал Серега с Вадимом несколько раз, оформляя и украшая местный совхоз картинами, плакатами и призывами к лучшей жизни.
 В соседнем с Еловкой, селе Пакуль, Вадим договорился с местным начальством о создании доски почета, и  выставить на ней не унылые черно-белые фотографии, а живописные портреты, выполненные маслом.
И эту работу он поручил Сереге, научив его переводить фотографии с помощью эпидиоскопа на загрунтованный кусок ДВП нужного размера и потом оживлять контуры  масляными красками, превращая их в лица людей, заслуживших  место на доске почета.
Передовики и ударники, трактористы и доярки получались  у Сереги здоровыми, краснощекими, в основном голубоглазыми, одетыми в костюмы и платья модных расцветок и фасонов. Когда основная масса портретов была готова, Вадим стал приглашать изображенных на них заслуженных тружеников, придавая глазам, лицу и волосам на портретах их реальный цвет, дорабатывая некоторые особенности черт.
Доска почета получилась на славу, наверное, единственная во всем Красноярском крае, люди подолгу стояли перед ней, радуясь своей узнаваемости на ярких живописных портретах.
В следующий раз, здесь же в Еловке,  Вадим собрал уже целую бригаду из приглашенных им людей, среди которых был и художник-ювелир, молодой режиссер- писатель Георгий Гаврилов, бывший в то время мужем замечательной актрисы Маргариты Тереховой, тот же спутник Вадима Георгий Юрин. По согласованию с Вадимом прилетел из Москвы и Серегин друг, Василий.
 Вадим задумал установить на центральной площади села между Домом культуры и Правлением. Большую металлическую конструкцию в виде колонны и навешать на нее агитплакаты с призывами срочно приступить к выполнению продовольственной программы, принятой на очередном съезде КПСС и указаниями как это сделать. Серега с Василием взялись за сварочно-конструкционную часть работ. Художники приступили к части оформительской. Муж Тереховой помогал и тем, и другим, рассказывая интересные истории из актерской жизни. Георгий Юрин писал копию картины «Запорожцы пишут письмо турецкому султану», и для неполного соответствия оригиналу открыл один глаз спящей под столом собаке.
Работал Вадим и по оформлению стройки века - Саяно-Шушенской ГЭС. Огромный портрет вождя революции размером с 9-ти этажный дом выполнил он со своими помощниками из отдельных частей, которые смонтировали в единое целое с помощью башенного крана и укрепили на конструкциях  строящейся плотины.
Этот портрет и сейчас можно найти на фотографиях в разных изданиях, рассказывающих о достижениях и великих стройках тех лет.

 В начале 80-х Вадим около двух лет жил в Москве, снимая комнату в центре на Померанцевом переулке. Под Москвой, в дивизии им. Дзержинского служил его сын Руслан, и Вадим, желая чаще видеть сына, навещал его по выходным, привозил ему разные вкусности, скрашивая унылое солдатское меню. В это же время он как на работу приходил в театр на Таганке, получив благословение от бывшего тогда главным режиссером театра Юрия Любимова, присутствовал и делал зарисовки  на репетициях.  
В конце 80-х  Вадим пригласил Серегу в сесь, Минусинского р-на, расположившегося на левом берегу той же Тубы и имеющего в своей истории посещение великого русского художника Сурикова, который навещал проживавшую здесь двоюродную сестру, и прибывание здесь в ссылке псевдоотца плана ГОЭЛРО соратника вождя -  революционера Кржижановского. Здесь также помогали Вадиму приглашенные им сподвижники:  молодой художник из Новокузнецка Николай Третьяков, поэт из Норильска Эдуард  Нонин, подолгу стоявший и куривший на крыльце местной школы, в которой и проживал ввиду отсутствия занятий  по причине летних каникул, и уже возмужавший сын Руслан.
Работы было много: оформляли местный Дом культуры, музей, воздвигли такую же как в Еловке  конструкцию в центре села. Смонтировали из  железобетонных плит большую доску почета по проекту Вадима с помощью колхозной техники и материалов. Всеми этими работами занимались Серега с Русланом. Николай Третьяков почти каждый день выстреливал по неплохому пейзажу с видами окрестностей села. Эдуард Нонин курил, стоя на крыльце или лежа на кровати, и сочинял детские стишки, т.к. был детским поэтом.  Вадим, осуществляя общее руководство и взаимоотношения с начальством, в основном был занят творчеством графического портрета, для чего приглашал интересных жителей села для позирования в местный музей, где устроил себе мастерскую, а в соседнем помещении и ночевал, слушая песни набравшего тогда популярность А. Розенбаума. Здесь, в Теси, он так же, как и в с. Таскино, создал художественную галерею из своих работ, оставив для потомков память о живших и  трудившихся здесь людях.

 Обстановка вокруг была спокойной, люди жили и работали, охваченные повседневными заботами об урожае, кормах, надоях и т.п. Горбачевской перестройки здесь не чувствовалось, вспоминали о ней лишь на совещаниях у начальства или на заседаниях парткомов. Ничто не предвещало грозящей катастрофы, уже нависшей над Великой страной, когда в одночасье все перевернулось, разрушился привычный размеренный уклад жизни,  к власти пришли недальновидные политики, авантюристы и откровенное ворье. Ученые, музыканты, инженеры, художники пошли торговать на улицу чем попало. Наглядная агитация, оформительские  работы стали никому не нужны, дома и дворцы культуры закрывались. А Вадим встретил прекрасную женщину, литературоведа Надежду, с которой у него получилось создать хорошую прочную семью, и родилась прекрасная дочурка, названная Машей.
В поисках новых источников заработка, Вадим приехал в Москву, но и здесь все его друзья и знакомые оказались примерно в одном положении и выживали, кто как мог. Серега в эти времена уже занялся современным видом деятельности, т.е. коммерцией и его компания немного помогла Вадиму, купив у него несколько работ. После отъезда Вадима в родные края, они долго не встречались, оформительских работ уже ждать не приходилось. Подрастала дочка Маша – умная, обаятельная и скромная, окончившая школу с золотой медалью, а потом и университет с отличием.

Автор, похоже, Сергей

Прислал материал Виктор Жибинов из Курагино, почитающий Вадима

Продолжение, надеемся, следует.